Пуэбло

январе 1968 года Военно-морские силы Корейской Народно-демократической Республики обнаружили в своих территориальных водах, ширина которых всего 3 мили, иностранное судно. Им оказался американский разведывательный корабль «Пуэбло». На предложение застопорить ход и лечь в дрейф командир не отреагировал, а наоборот – увеличил скорость для быстрейшего входа в нейтральные воды.

Северокорейцы вначале открыли предупредительный огонь, а затем – огонь на поражение. Судно было повреждено, один член экипажа был убит и трое ранены. Затем судно было захвачено и отконвоировано в северо-корейский порт Вонсан.

Американцы не смогли стерпеть такой «щелчок» по носу. Не стали утруждать себя долгими дипломатическими переговорами по поводу «незаконного» захвата разведчика и его возвращения, а как всегда начали действовать с позиции силы – их основного инструмента внешней политики.

Карта с маршрутом движения «Пуэбло»
«Пуэбло»
Пленные члены экипажа «Пуэбло»
Командир судна лейтенант-коммандер Лойд Бушер

Вашингтон посчитал, что возникла ни много, ни мало – непосредственная угроза жизненным интересам Соединенных Штатов Америки. И это за тысячи километров от американского континента, в Японском море, которое омывает берега Северной и Южной Кореи, Японии и Советского Союза, а никак не Америки. Однако, несмотря на такой географический расклад, американское руководство ввело в Японское море два ударных авианосца «Энтерпрайз» и «Мидуэй», вертолетоносец «Йорктаун» и порядка тридцати кораблей охранения и судов обеспечения (снабжения). Хотя с созданием подводной ракетно-ядерной системы «Поларис» в США авианосцы были уже переведены в разряд сил общего назначения, они оставались важной составляющей ударных сил в агрессивных планах их военного руководства.

Авианосно-ударные соединения должны выполнять, по замыслам американских стратегов, следующие задачи:

– завоевание и удержание господства на море в районе боевых действий;

– борьба с надводными кораблями и подводными лодками;

– обеспечение своих океанских коммуникаций;

– нанесение ядерных ударов по целям, которые не были уничтожены стратегическими силами;

– оказание непосредственной авиационной поддержки сухопутным войскам и морским десантам;

– блокада морских районов, узкостей и проливов.

По данным американской печати, в конце 60-х начале 70-х годов АУГ включала в себя 1 авианосец, 1-2 крейсера УРО и 4 эсминца. Группа способна находиться в море около 30 суток, вести боевые действия без пополнения запасов 5-8 суток, осуществлять подъем авиации при волнении моря до 6-7 баллов.

В перспективе можно ожидать усиления АУГ атомными подводными лодками, вооруженными крылатыми ракетами. Адмирал Зумволт заявил в конгрессе США: «Я оцениваю их как очень важную систему оружия, которую мы должны иметь, чтобы в будущем встретить растущую морскую угрозу со стороны Советского Союза». Авианосцы широко использовались во всех локальных войнах и конфликтах, развязанных американским империализмом, успешно выполняли функции главной ударной силы первого эшелона агрессоров. Несмотря на перевод авианосцев в разряд сил общего назначения, как было отмечено выше, их качественное совершенствование продолжалось. Так, в 1961 году введен в состав флота вышеуказанный атомный авианосец «Энтерпрайз» с новыми боевыми возможностями. Это послужило основанием для дальнейшего упрочения позиций авианосных сил в военной доктрине США.

Итак, «Энтерпрайз» – новейший на то время авианосец с ядерной энергетической установкой.

Водоизмещение – 90000 т. Скорость хода – до 32 узл. Два реактора и четыре ГТЗА (главные турбозубчатые агрегаты). Длина полетной палубы – 332 м. Ширина – 77 м. Осадка – 11,9 м. Мощность главной энергетической установки 280000 л/с. Численность личного состава доходит до 6300 человек. Авианосец может нести на борту до 100 самолетов и вертолетов.

Расклад их по назначению примерно таков: – две эскадрильи истребителей – 24 самолета; – три эскадрильи штурмовиков – 40 самолетов; – одна эскадрилья противолодочных – 10 самолетов; – одна эскадрилья противолодочных – 8 вертолетов; – одна эскадрилья штурмовиков-разведчиков – 3 самолета, а также отряд самолетов дальнего радиолокационного обнаружения, самолеты-заправщики и самолеты радиолокационной борьбы.

Дальность плавания практически не ограничена. Кроме того, авианосцы стали носителями ядерного оружия, что резко увеличило их ударный потенциал при действиях против кораблей и наземных объектов. Использование ядерной энергетической установки на авианосце «Энтерпрайз» позволило увеличить запас авиационного топлива в 2,5 раза (с 6 тыс.тонн до 15 тыс.тонн).

Авианосец «Мидуэй», хотя и 1947 года постройки, но прошедший модернизацию и расширенный ремонт, срок его службы был продлен до 45-50 лет, поэтому он также представлял серьезную силу. На борту мог разместить до 80 самолетов и вертолетов.

Авианосец «Интерпрайз» и корабли охранения
Авианосец «Мидуэй»

Чтобы противодействовать этой армаде кораблей и самолетов, Тихоокеанский флот был переведен в полную боевую готовность. Командовал флотом решительный и грамотный адмирал Н.Амелько. В море вышли все боеспособные боевые надводные корабли, в глубинах Японского моря были развернуты порядка 25-27 дизельных и атомных подводных лодок. В частности, все атомные подводные лодки первой линии 26 дивизии заняли свои позиции в «нарезанных» районах. На одной из них, «К-7» 675 проекта, под командованием капитана 1-го ранга Янбиха Владимира Федоровича в должности командира электронавигационной группы, штурманской боевой части был старший лейтенант Самохвалов Александр Иванович. Старшим помощником был капитан 3-го ранга Хватов Геннадий Александрович, впоследствии – Командующий Тихоокеанским флотом.

Японское море сравнительно небольшое – по площади 1062 тыс.кв.км. (в 2,5 раза меньше Средиземного), но глубоководное – средняя глубина 1536 м, буквально «кипело» от гребных винтов находящихся там боевых кораблей и судов американского флота и советского Тихоокеанского. Под водой, соблюдая скрытность, малошумными ходами бороздили свои районы подводные лодки. Все ожидали сигнала на применение оружия. В то время блокировки, исключающей несанкционированный пуск ядерных ракет, не было. Так что, не выдержав напряжения, любой командир мог развязать термоядерную войну. А блокировка торпед с ядерным зарядом была в руках командира подводной лодки и заместителя командира по политической части.

Над морем постоянно «висели» самолеты противолодочной авиации, как палубные «Викинги», так и взлетавшие с аэродромов Японских островов «Орион Р-3С», до 5 единиц одновременно. Базовая патрульная авиация обладает высокой мобильностью, маневренностью и значительным поражающим потенциалом. Особенно большая роль принадлежит ей в борьбе с подводными лодками. Хотя она может привлекаться для решения задач противолодочной обороны соединений надводных боевых кораблей и конвоев, ведения разведки на океанских и морских театрах.

«Орион Р-3С» – это была последняя модификация серии базовых противолодочных самолетов, максимальная скорость 760-800 км/час, поисковая скорость 360-380 км/час. Высота полета до 7400 м и время нахождения в воздухе 11-13 часов. Он был оснащен совершенным бортовым оборудованием, в частности, имел комплексную поисково-прицельную аппаратуру.

Для поиска и обнаружения ПЛ использовались радиогидроакустические буи (активные и пассивные, до 84 штук), магнитный обнаружитель, радиолокационная станция кругового обзора, телевизионная аппаратура и аэрофотоаппараты. Дальность обнаружения подводной лодки на перископной глубине – до 3 км. Вооружение самолета размещается в фюзеляжном отсеке и на десяти наружных узлах подвески. В отсеке можно разместить 1 мину МК калибром 2000 фунтов, 3 мины калибра 1000 фунтов, глубинные бомбы, торпеды. Общий вес боеприпасов не должен превышать 3290 кг. При других вариантах загрузки – 2 ядерные глубинные бомбы МК-101 и 4 торпеды МК-43 (44 и 46). На наружных узлах подвешиваются мины, торпеды, неуправляемые авиационные ракеты и управляемые ракеты «Вулкан».Типовым вариантом вооружения самолета считается: 1 мина калибра 2000 фунтов, 2 глубинные бомбы МК-101, 4 торпеды МК-44, 84 буя. Экипаж составляет 10 человек: 2 летчика, штурман, инженер, оператор тактической обстановки, операторы по связи, радиолокации, гидроакустике, операторы средств электронного подавления, магнитного обнаружения.

Практически при каждом всплытии на перископную глубину на сеанс связи радиометристы обнаруживали сигналы работающих самолетных РЛС (радиолокационных станций AN/APS-10) различной мощности излучения. Приходилось опускать выдвижные устройства и срочно уходить на глубину. При восьмичасовом режиме связи (работали только на прием, ничего не излучая), это изматывало личный состав морально и физически. Не говоря уже о четырехчасовом режиме связи, на который переводился корабль в наиболее угрожаемый период. Дело в том, что перед всплытием на сеанс связи корабль приводился в полную боевую готовность (на случай получения боевого сигнала от управляющего штаба на применение оружия), кроме того, существовала большая вероятность таранного удара. Американские корабли применяли тактику обнаружения наших подводных лодок гидроакустическими средствами в шумопеленгаторном режиме, время от времени стопоря ход, тем самым уменьшая свою шумность, создавали наиболее оптимальные условия для работы своих гидроакустиков, но увеличивали возможность столкновения с всплывающей лодкой. Противостояние продолжалось более 20 суток.

В такой сложнейшей обстановке нашей главной задачей было – с получением команды на применение оружия и данных о целях успеть произвести ракетный залп и довести ракеты до цели. Ракеты П-6 после выстрела управлялись с подводной лодки, принцип «выстрелил и забыл» к ним не подходил. Экипаж понимал, что это будет первый, а может, и последний залп, но о последствиях никто не только не говорил, но и не думал. Патриотизм всех членов экипажа был очень высок. Все знали, что при пуске ракет из надводного положения и сопровождения их в полете до «захвата» цели визиром, место ПЛ будет засечено и через 30-60 минут туда прибудут самолеты и корабли противника, у которых, кроме обычных, на борту были и глубинные ядерные бомбы типа «Лулу» и «Бэтти». Кроме надводных кораблей и подводных лодок в море, в небе над Японским морем постоянно находились самолеты дальней стратегической авиации с ракетами на борту. ТУ-16, ТУ-95 – эти могучие машины, пролетая на небольших высотах непосредственно над американскими кораблями, вероятно, действовали несколько отрезвляюще на американские экипажи. А самолеты ТУ-95 РЦ с системой МРСЦ выдавали целеуказания нашим лодкам с крылатыми ракетами, имевшие на борту систему «Успех», данные о целях.

Видя такое противодействие, американская армада покинула воды нашего родного, но почему-то «Японского» моря. Тихоокеанский флот вместе с авиацией «вытеснил» американцев, тем самым выполнив свою задачу. Авианосцы, направленные к берегам противника, их боеспособность и выживаемость во многом зависят от их сил охранения. Но в любом случае они остаются уязвимыми от подводных лодок и авиации противоборствующей стороны. К сожалению, об этом инциденте незаслуженно забыли, а ведь мир стоял на грани термоядерной войны. Самое главное: наши современные руководители всех рангов, отвечающие за безопасность Родины, забыли азбучную истину – уважают только сильного, что развал океанского флота не отдаляет войну, а приближает ее.

Прошло чуть более 30 лет. В 1999 году США и НАТО начали боевые действия против Югославии. Средиземное море, как когда-то Японское, стало основным театром противостояния. У руководства новой России не оказалось ни политической воли, ни желания, ни сил (флот развалили и распродали по цене металлолома), чтобы мирно разрешить этот военный конфликт.

Правительство России во главе с открыто пьянствующим Борисом Ельциным, погрязло во внутренних разборках и разделе народом нажитых богатств страны, им было не до того. Несмотря на требования общественности страны хотя бы морально поддержать многострадальные народы Югославии и продемонстрировать какую-то силу, послать в Средиземное море корабли флота, правительство не посчитало нужным вмешиваться. Да и собственно, нечего было демонстрировать. Но все же, агрессию в отношении Югославии можно было и не допустить, для этого было бы достаточно развернуть несколько атомных подводных лодок в акватории Средиземного моря. А хваленая американская «демократия», которая видела, что все ее деяния останутся безнаказанными, просто перестала считаться с Россией, как с Великой Морской страной. Очень обидно и стыдно за державу. В одночасье флот перестал существовать. А когда-то Средиземное море было театром военных действий, где отечественный флот и Россию прославили выдающиеся русские флотоводцы адмиралы Г.Спиридов, Ф.Ушаков, Д.Сенявин. Более 300 лет лучшие умы России, ученые и конструкторы, создавали Военно-Морской флот. И к середине 80-х годов прошлого столетия он достиг своего наибольшего могущества.

Дорогие мои коллеги по подводному ремеслу, обратите внимание, что за несколько десятилетий, а именно, с 1950 по 1990 годы в СССР были построены 261 атомная подводная лодка (это больше, чем в остальных странах мира, вместе взятых), 428 дизельных подводных лодок, 61 глубоководный аппарат. И к началу 90-х флот достиг наибольшего могущества. Вместе с боевыми катерами имел 1745 единиц, в том числе 627 кораблей океанской зоны. В его состав входили 62 РПК СН (ракетные подводные крейсера стратегического назначения) с подводным стартом и дальностью стрельбы ракетами от 2500 до 10 тыс. км. А всего было построено проектов: 667А – 34 ед., 667Б – 18 ед., 667БД – 4 ед., 667БДР – 14 ед., 667БДРМ – 7 ед., 941 – 6 ед., десятки подводных лодок с крылатыми ракетами и торпедным вооружением. За это время ракетно-ядерный потенциал флота возрос в 200 раз. Боевые патрулирования велись во всех океанах, охватывая почти 70% их площади. Так, в 1984 году РПК СН – выполнили 89 боевых служб, АПЛ – выполнили 85 боевых служб; ДиПЛ – выполнили 72 боевые службы.

Куда все делось? Выходит, Россия – единственная страна, которая сознательно уничтожила свой флот.

Хотя ведущие морские державы не только не уничтожают свой флот, но и не сокращают его даже в мирное время. К примеру, ни одной своей ПЛАРБ «Огайо» (из имеющихся 18-ти, 4 должны списать в соответствии с условиями договора ОСВ-2) американцы не уничтожали, не разделывали их на металлолом, в отличие от россиян. Они после выведения из состава стратегических ядерных сил переоборудовали их под носители крылатых ракет «Томагавк», которые размещаются в ракетных шахтах по 6 штук.

Кроме 14 ПЛАРБ типа «Огайо» с 24 баллистическими ракетами на борту в составе ВМС США в настоящее время находятся 51 единица многоцелевых ПЛА типа «Лос-Анджелес» водоизмещением 6900 тонн (на борту 26 торпед и ракет), 13 авианосцев, из них 10 – с атомной энергетикой (1 – «Энтерпрайз» и 9 – типа «Нимиц»), 3 авианосца типа «Китти-Хок» водоизмещением до 100 тыс. тонн, 27 крейсеров типа «Тикондерога» водоизмещением до 10 тыс. тонн, 60 эсминцев типа «Спрюэнс» водоизмещением до 10 тыс. тонн.

Англия и Франция, союзники американцев по НАТО, имеют на двоих 8 ПЛАРБ и 18 многоцелевых атомных подводных лодок.

Развалить флот легко, это не требует большого ума. А вот создать его… На это нужны десятилетия и усилия промышленного потенциала всей страны. Югославия, Афганистан, Ирак, Ливия…кто дальше? Соединенные Штаты Америки поняли, что они остались единственной страной-сверхдержавой и никто их уже не остановит в их злодеяниях по отношению к другим народам. Во всяком случае, в ближайшем будущем. А уж сколько погибло людей в этих конфликтах! Все это стыдливо умалчивается…

Несмотря на окончание «холодной» войны, в секретных планах Пентагона Россия включена первой в список целей для американских ядерных ударов, вместе с Северной Кореей, Сирией, Ливией, Ираном и Китаем.

В океане продолжают вести боевое патрулирование американские ракетные и многоцелевые подводные лодки. У России в океане практически нет стратегических сил. В морской стратегии США на 21 век говорится: «Целью ВМС является воздействие, непосредственное и решительное, на события на берегу со стороны моря в любом месте и в любое время».